“
Как появилась идея ресторана Van Goghi и почему именно Ван Гог стал его главным вдохновением?
Идея родилась из любви к двум мощнейшим энергиям — творчеству Ван Гога и грузинскому гостеприимству. Однажды мы поймали себя на мысли, что Ван Гог — это про взрыв эмоций, про жизнь на пределе чувств, а Тбилиси — это про то же самое. Мы начали фантазировать: а что, если бы он оказался не в Арле, а здесь, среди виноградников, гор и солнечных дворов? Как бы он рисовал, что бы он пробовал, как звучала бы его музыка? Так родился этот образ — неуемный гений в Грузии. И мы решили построить не просто ресторан, а целую вселенную, где искусство становится частью каждого укуса, каждого бокала, каждого взгляда.
Идея родилась из любви к двум мощнейшим энергиям — творчеству Ван Гога и грузинскому гостеприимству. Однажды мы поймали себя на мысли, что Ван Гог — это про взрыв эмоций, про жизнь на пределе чувств, а Тбилиси — это про то же самое. Мы начали фантазировать: а что, если бы он оказался не в Арле, а здесь, среди виноградников, гор и солнечных дворов? Как бы он рисовал, что бы он пробовал, как звучала бы его музыка? Так родился этот образ — неуемный гений в Грузии. И мы решили построить не просто ресторан, а целую вселенную, где искусство становится частью каждого укуса, каждого бокала, каждого взгляда.
— Когда вы только задумывали проект, каким вы хотели видеть его через глаза гостя? Что человек должен почувствовать, переступая порог?
Мы хотели, чтобы гость, войдя к нам, выдохнул. Чтобы у него с плеч упала вся суета, вся пафосность, которая иногда есть в ресторанах. Мы мечтали создать ощущение, что он пришел не в заведение, а в дом очень талантливого и щедрого друга, который говорит: «Садись, смотри, пробуй, радуйся!» Он должен был почувствовать тепло, уют и, самое главное — предвкушение чуда. Мы хотели, чтобы его глаза загорались от того, что он видит, и чтобы ему сразу хотелось рассмотреть каждую деталь, потому что за каждой стоит история.
Мы хотели, чтобы гость, войдя к нам, выдохнул. Чтобы у него с плеч упала вся суета, вся пафосность, которая иногда есть в ресторанах. Мы мечтали создать ощущение, что он пришел не в заведение, а в дом очень талантливого и щедрого друга, который говорит: «Садись, смотри, пробуй, радуйся!» Он должен был почувствовать тепло, уют и, самое главное — предвкушение чуда. Мы хотели, чтобы его глаза загорались от того, что он видит, и чтобы ему сразу хотелось рассмотреть каждую деталь, потому что за каждой стоит история.
— Насколько итоговый результат сегодня совпадает с первоначальной мечтой? Что получилось даже лучше?
Знаете, когда только начинаешь, ты видишь картинку, но не всегда знаешь, как именно она зазвучит. И сегодня, я честно скажу, реальность даже круче наших ожиданий. Интерьер получился именно таким — живым, не музейным, очень душевным. Но что превзошло все мечты — это энергия, которая возникает, когда всё собирается воедино: еда, музыка, вино и люди. Мы не могли предположить, что наш десерт «Подсолнухи» будет вызывать столько детского восторга у взрослых, или что пианист по выходным создаст атмосферу такой глубины. Получилось больше, чем «красивый ресторан». Получилось место силы.
Знаете, когда только начинаешь, ты видишь картинку, но не всегда знаешь, как именно она зазвучит. И сегодня, я честно скажу, реальность даже круче наших ожиданий. Интерьер получился именно таким — живым, не музейным, очень душевным. Но что превзошло все мечты — это энергия, которая возникает, когда всё собирается воедино: еда, музыка, вино и люди. Мы не могли предположить, что наш десерт «Подсолнухи» будет вызывать столько детского восторга у взрослых, или что пианист по выходным создаст атмосферу такой глубины. Получилось больше, чем «красивый ресторан». Получилось место силы.
— Атмосферу создают не только интерьер и детали, но и люди. Как вы собирали команду и каких людей искали?
Мы искали не просто поваров, официантов или сомелье. Мы искали единомышленников. Нам было важно, чтобы человек не просто умел делать свою работу, а чтобы он сам горел тем, что мы создаем. Мы долго говорили с каждым о том, что для него значит гостеприимство, что он чувствует, когда дарит радость другим.
Наш шеф-повар — это художник, который мыслит вкусами как красками. Наш сомелье — это страстный исследователь, который объездила все грузинские регионы и влюбилась в каждое вино.
Мы собирали пазл из людей, у которых есть сердце и огонь в глазах. Без этого ничего бы не вышло.
Наш шеф-повар — это художник, который мыслит вкусами как красками. Наш сомелье — это страстный исследователь, который объездила все грузинские регионы и влюбилась в каждое вино.
Мы собирали пазл из людей, у которых есть сердце и огонь в глазах. Без этого ничего бы не вышло.
— Что вы стараетесь донести до сотрудников, чтобы каждый гость чувствовал себя по-особенному?
У нас есть простое, но очень важное правило: «Ты не обслуживаешь гостя — ты встречаешь друга, который пришел к тебе домой».
Мы учим команду смотреть на человека, а не на его заказ. Быть внимательным не по инструкции, а по зову души. Заметить, устал он или рад, хочет тишины или общения. Мы всегда говорим: оставьте формальности за дверью. У нас не спрашивают «что будете заказывать» сухим голосом. У нас спрашивают «что бы вам хотелось попробовать сегодня, у нас есть кое-что особенное». И это работает.
У нас есть простое, но очень важное правило: «Ты не обслуживаешь гостя — ты встречаешь друга, который пришел к тебе домой».
Мы учим команду смотреть на человека, а не на его заказ. Быть внимательным не по инструкции, а по зову души. Заметить, устал он или рад, хочет тишины или общения. Мы всегда говорим: оставьте формальности за дверью. У нас не спрашивают «что будете заказывать» сухим голосом. У нас спрашивают «что бы вам хотелось попробовать сегодня, у нас есть кое-что особенное». И это работает.
О культуре и ценностях
— Если говорить о кухне, какие принципы лежат в основе меню Van Goghi? Что для вас важнее всего при создании гастрономического опыта?
Главный принцип — это эмоция. Мы считаем, что вкус должен удивлять, сбивать с толку и вызывать желание закрыть глаза от удовольствия. Мы соединяем европейский подход — точность, изысканность соусов, идеальную текстуру — с грузинской смелостью, пряностью и душой. Но мы никогда не делаем сложное ради сложного. Каждый ингредиент подобран не просто так, он несет смысл, цвет, настроение. Наш шеф создает каждое блюдо как картину: подбирает оттенки вкуса, играет с контрастами, чтобы гость пережил маленькую историю, а не просто поел.
Главный принцип — это эмоция. Мы считаем, что вкус должен удивлять, сбивать с толку и вызывать желание закрыть глаза от удовольствия. Мы соединяем европейский подход — точность, изысканность соусов, идеальную текстуру — с грузинской смелостью, пряностью и душой. Но мы никогда не делаем сложное ради сложного. Каждый ингредиент подобран не просто так, он несет смысл, цвет, настроение. Наш шеф создает каждое блюдо как картину: подбирает оттенки вкуса, играет с контрастами, чтобы гость пережил маленькую историю, а не просто поел.
— Есть ли блюдо, которое лучше всего отражает характер ресторана? Почему именно оно?
Конечно, это наш десерт «Подсолнухи». В нём вся наша философия. Мы не просто подаем десерт — мы даем гостю кисти и краски. Он сам становится художником, собирает свою версию знаменитого букета. Это и есть наш ресторан: яркий, интерактивный, где нет правильных и неправильных решений, есть только творчество, радость и вкус. И когда взрослый мужчина с серьезным лицом начинает с увлечением выкладывать лепестки из шоколада и крема, а потом улыбается как ребенок — вот это наш главный шедевр, а не просто блюдо.
— За время работы через ресторан прошли тысячи гостей. Что вам особенно приятно слышать от людей после посещения?
Нам очень приятно, когда говорят: «Я будто побывал на выставке, а потом на ужине у лучшего друга». Или: «Вы знаете, я даже не ожидал, что еда может быть такой эмоциональной». Особенно трогательно слышать: «Я хочу сюда вернуться, и обязательно приведу своих близких». Когда гость планирует возвращение — вот это настоящий комплимент. И еще они часто отмечают, что сервис у нас не такой, как везде в Тбилиси, даже на фоне очень теплой грузинской традиции, — он более трепетный и внимательный.
— Если бы нужно было описать философию Van Goghi одним главным посланием для гостей, как бы оно звучало?
«Жизнь слишком коротка, чтобы есть скучную еду и сидеть в безликих местах. Приходите удивляться, творить и чувствовать по-настоящему».
Конечно, это наш десерт «Подсолнухи». В нём вся наша философия. Мы не просто подаем десерт — мы даем гостю кисти и краски. Он сам становится художником, собирает свою версию знаменитого букета. Это и есть наш ресторан: яркий, интерактивный, где нет правильных и неправильных решений, есть только творчество, радость и вкус. И когда взрослый мужчина с серьезным лицом начинает с увлечением выкладывать лепестки из шоколада и крема, а потом улыбается как ребенок — вот это наш главный шедевр, а не просто блюдо.
— За время работы через ресторан прошли тысячи гостей. Что вам особенно приятно слышать от людей после посещения?
Нам очень приятно, когда говорят: «Я будто побывал на выставке, а потом на ужине у лучшего друга». Или: «Вы знаете, я даже не ожидал, что еда может быть такой эмоциональной». Особенно трогательно слышать: «Я хочу сюда вернуться, и обязательно приведу своих близких». Когда гость планирует возвращение — вот это настоящий комплимент. И еще они часто отмечают, что сервис у нас не такой, как везде в Тбилиси, даже на фоне очень теплой грузинской традиции, — он более трепетный и внимательный.
— Если бы нужно было описать философию Van Goghi одним главным посланием для гостей, как бы оно звучало?
«Жизнь слишком коротка, чтобы есть скучную еду и сидеть в безликих местах. Приходите удивляться, творить и чувствовать по-настоящему».
“
— А каким вы видите ресторан через несколько лет?
Мы видим его не просто точкой на карте Тбилиси, а настоящим местом притяжения для людей со всего мира, которые ищут не просто еду, а впечатление. Хотим, чтобы о нас знали как о ресторане, где соединяются искусство, гастрономия и настоящая грузинская душа. Возможно, у нас появится небольшой концертный зал для джазовых вечеров или мы будем проводить авторские ужины с художниками и музыкантами. Но количественный рост — не главное. Главное — чтобы через годы мы оставались тем самым теплым домом, где каждый гость — друг.
Мы видим его не просто точкой на карте Тбилиси, а настоящим местом притяжения для людей со всего мира, которые ищут не просто еду, а впечатление. Хотим, чтобы о нас знали как о ресторане, где соединяются искусство, гастрономия и настоящая грузинская душа. Возможно, у нас появится небольшой концертный зал для джазовых вечеров или мы будем проводить авторские ужины с художниками и музыкантами. Но количественный рост — не главное. Главное — чтобы через годы мы оставались тем самым теплым домом, где каждый гость — друг.
— Что вам хотелось бы сохранить любой ценой, даже если всё вокруг будет меняться?
Нашу атмосферу искренности. Это самое хрупкое, но и самое ценное, что у нас есть. Можно сменить меню, обновить интерьер, пригласить новых музыкантов — это всё будет развитием. Но если мы потеряем это чувство «долгожданного друга», это перестанет быть нами. Поэтому мы сохраним тепло, интерактивность, удивление в каждой детали и абсолютную любовь к тому, что мы делаем.
Пока мы улыбаемся гостям искренне и пока наши блюда вызывают эмоции — мы будем живы.
Нашу атмосферу искренности. Это самое хрупкое, но и самое ценное, что у нас есть. Можно сменить меню, обновить интерьер, пригласить новых музыкантов — это всё будет развитием. Но если мы потеряем это чувство «долгожданного друга», это перестанет быть нами. Поэтому мы сохраним тепло, интерактивность, удивление в каждой детали и абсолютную любовь к тому, что мы делаем.
Пока мы улыбаемся гостям искренне и пока наши блюда вызывают эмоции — мы будем живы.
Другие статьи о бизнесе в Сакартвело
Корпоративное направление